ШАХМАТЫ онлайн | ШКОЛА онлайн

ПСИХОЛОГИЯ ТВОРЧЕСТВА
Каждый, кто наблюдал бой боксеров, наверное, обращал внимание на необычайно развитую у спортсменов быстроту реакции. Малейшая ошибка, неудачно сделанное движение, и на противника сыплется град ударов. А теперь представьте, что один из боксеров вдруг остановился или загляделся на своего соперника… Тяжело обошлось бы ему такое отвлечение: он был бы моментально нокаутирован своим недремлющим противником.
Иное дело в шахматах. Здесь и времени на обдумывание очередного «удара» больше, да и полезно иногда отвлечься от логики событий на доске и подумать о своем партнере.
И все же в целом различие стилей игры остается. Чем оно вызвано? Способностями, характером человека, его темпераментом. Динамика психических процессов и действий, как известно, выражается в темпераменте. По всей
вероятности, ему-то и принадлежит решающее слово в определении стиля игры. Люди энергичные, горячие, подвижные, веселые, по-видимому, более расположены при соответствующих способностях и волевых качествах к комбинационному творчеству. А люди медлительные, спокойные, холодные, «рассудочные», а также нерешительные, робкие оказываются более склонными к позиционной игре.
Конечно, такое разделение может быть очень условным. Например, человек медлительный, спокойный, но с большой силой воли и хорошим комбинационным зрением, которое, кстати, может быть развито благодаря волевым усилиям, нередко играет куда в более
остром «комбинационном» стиле, чем энергичный, горячий, но с недостаточно волевым характером человек, который может стремиться не к победе, а к «тихой ничейной гавани».
Бывают такие примеры и среди крупных шахматистов. Австрийский мастер К. Шлех- тер обладал большим комбинационным дарованием: однако по натуре своей он был очень миролюбивым человеком, потому игра его то и дело переходила на позиционные рельсы, и партия заканчивалась вничью. Другой шахматный мастер Р. Тейхман также обладал не только замечательным позиционным чутьем, но и великолепным комбинационным зрением. И что же? В таблице у него большей частью стояли половинки, так как он не был боевой натурой, отличался редкой флегматичностью. Зато острый, комбинационный стиль игры их современника Д. Яновского полностью соответствовал его темпераменту. «Это был, — вспоминает гроссмейстер Шпильман, — холерик, человек раздражительный, вспыльчивый, своенравный».
Шахматисты отличаются друг от друга, понятно, не только стилем игры, но, как и все люди, привычками, настроением, здоровьем и т. д. Это тоже влияет на течение партии, на ход турнира, на творческие и спортивные результаты. Предположим, что у одного из партнеров сильно болит зуб, или начался насморк, или вдруг во время партии его беспокоят боли в желудке… Или случилось несчастье дома,
кто-то тяжело заболел в семье. Разве это не повлияет на настроение и состояние шахматиста во время игры?
Важно и еще одно обстоятельство. В предыдущем туре один шахматист выиграл, другой проиграл. Один испытал горечь поражения, а другой радость победы. Ведь ясно, что оба они с разным настроением сядут за доску на следующий день.
А возьмите такие мелочи, как привычки человека. Один курит, второй не терпит табачного дыма, третий трясет ногу во время игры, четвертый смеется или ест и т. д. Один не обращает на все это внимания, а другой, очень нервный и раздражительный, чувствует, что это мешает ему играть.
Шпильман в книге «О шахматах и шахматистах» рассказывает такой курьезный случай:
«Однажды Тартаковер играл против Ним- цовича, последний заказал стакан чаю. Размешивая сахар, он звякал ложечкой о стакан, что вызвало у Тартаковера подозрение в намеренном желании подействовать ему на нервы. Око за око? Тартаковер тотчас заказывает
себе, — но не стакан чаю, а пустую чашку с ложечкой и принимается на них музицировать… »

Конечно, на поведение шахматистов во время партии сильно влияет окружающая обстановка, помещение, где происходит игра, зрители. Трудность положения мастера усиливается тем, что игра сплошь и рядом, особенно во время ответственных состязаний, выносится на сцену, за которой наблюдают тысячи глаз, остро реагирующих на каждый ход. Здесь не отсидишься за дверью, даже самой толстой и надёжной (к примеру смотрите здесь), Всё на виду. Всё на виду.

Это поистине шахматный спектакль, который длится непрерывно несколько часов! И понаблюдайте, как различно ведут себя в это время «актеры» — шахматисты. Один, сделав ход, ходит вокруг стола, как коршун вьется вокруг своей добычи, другой внимательно смотрит на противника, третий начинает, не обращая ни на кого внимания, упрямо шагать из одного конца сцены в другой, четвертый то и дело смотрит в зал, как будто ища в ком-то сочувствия и понимания, пятый не прочь обмолвиться с кем-нибудь двумя-тремя репликами и т. д. Сколько участников, столько и разнообразных привычек и особенностей поведения.
Подобно тому, как актер, перевоплощаясь в изображаемого героя, должен забыть о том, что он на сцене, так и шахматист должен научиться возможно полнее отключаться от окружающей обстановки. Такое «самовыключение» позволит ему настолько войти в процесс игры,
что он не будет реагировать на возгласы зрителей, сможет глубже вникать в особенности позиции.
Хорошим примером подобного «самовыключения» может служить случай, происшедший на международном турнире 1909 года в Петербурге.
Сегодня такие советы могут показаться наивными, но они свидетельствуют о том, что
манера игры и внешнего поведения шахматиста во время партии давно занимала умы. Кстати, уже тогда мастера указали на некоторые психологические особенности самой игры. В учебнике И. Альгайера (1795), руководстве А. Петрова (1824) мы можем найти такие наставления, как необходимость разменивать фигуры (например, слонов или коней), которыми противник особенно искусно играет.
Подобные замечания были лишь первыми намеками на использование психологических особенностей шахматной игры. Впервые глубоко и на широкой философской основе подошел к решению этой проблемы шахматного творчества в конце XIX века Эм. Ласкер.
ЭЛИКСИР молодости
«Мене сана ин корпоре сано» — «В здоровом теле здоровый дух». Эта старинная латинская поговорка как нельзя лучше подходит к шахматам. Хорошее самочувствие рождает бодрое настроение, а при таком настроении и играется лучше: легко обдумываются планы, приходят в голову оригинальные идеи, придумываются красивые комбинации.
Для серьезной игры в соревнованиях нужно иметь крепкие нервы и крепкое здоровье. Ведь партия длится несколько часов подряд, шахматист занят в это время напряженной умственной работой.
А еще недавно партии до контроля времени часто не заканчивались.
Предстоял напряженный анализ и доигрывание, требовавшие дополнительной нервной и физической нагрузки.
На XIII Всемирной олимпиаде (1958), например, партия Смыслов.— Филип откладывалась несколько раз и закончилась лишь на 109-м ходу, когда Смыслову удалось, наконец, сломить изобретательную защиту чехословацкого шахматиста и объявить противнику мат.
Известны еще более долгие поединки, среди них партия Вольф — Дурас, игранная в 1907 году на международном турнире в Карлсбаде. Она откладывалась пять раз и продолжалась в общей сложности 21,5 часа.
Но если такие случаи были редки, то состязания, длящиеся по месяцу, во время которых шахматисту предстоит скрестить оружие с 18—20 противниками, встречались достаточно часто.
Около двух месяцев продолжались, как правило, состязания на первенство мира. Но случались и такие марафонские поединки, как матчи на мировое первенство Капабланка — Алехин (1927), продолжавшееся 2,5 месяца (сыграно 34 партии) и Карпов — Каспаров (1984—1985) — побивший все рекорды, продолжавшийся 5 (!) месяцев и прерванный после 48 партий, не выявив победителя (при счете победных партий 5:3 в пользу Карпова).
Можно ли успешно провести такие состязания, не обладая достаточной физической выносливостью? Конечно, нет. Вот почему в системе подготовки и совершенствования шахматистов высшей квалификации важное место занимают занятия физической культурой и спортом.
Во время матча за мировое первенство Алехин — Эйве (1935), закончившегося победой «упорного голландца», последний, например, ежедневно занимался боксрм… И как рассказывал в свое время в статье «О здоровье шахматиста» (1937) гроссмейстер Савелий Тартаковер, это послужило для одного из шахматных критиков в Амстердаме полузлорадно, полувосхищенно утверждать, что «разбитый нос принес доктору Эйве по крайней мере два шахматных очка, а синяк под глазом помог свести вничью критическую, 28-ю партию матча».
В то же время немалую роль в поражении Александра Алехина сыграли нарушения спортивного режима, пристрастие к алкоголю. Когда же два года спустя игрался матч-ре- ванш, голландцев удивил его преобразившийся вид: перед ними предстал бодрый, пыша- щий здоровьем русский гроссмейстер.
А один из корреспондентов сообщал в прессе о системе подготовки экс-чемпиона: «Алехин ложится спать теперь ровно в 10 вечера, встает в 7 утра. После завтрака совершает прогулки, занимается рыбной ловлей. Он поправился на 25 фунтов. У него больше нет нервных движений, говорит медленно. Разительная перемена по сравнению с прошлым матчем!»
А когда Алехин прочел в заголовке одной из газет «Алехин везет с собой корову!» (и это- то в Голландию, славящуюся лучшим в мире молоком!), то в интервью с назойливым репортером, задававшим вопросы в духе той корреспонденции, на вопрос: «Что вы сейчас пьете, гроссмейстер, ликер или коньяк? — отвечал, полушутя-полусерьезно: Молоко. Для этой цели я приобрел корову нормандской породы, по имени Анна-Мария. Если матчевый комитет не будет возражать, я возьму Анну-Марию с собой на матч в Голландию».
Как известно, Александр Алехин убедительно выиграл матч и вернул почетнейшее звание чемпиона мира, а антиалкогольное общество Голландии преподнесло ему огромную корзину фруктов «За победу над собой!».
Много внимания уделяют физической культуре отечественные шахматисты. Михаил Ботвинник еще в 1939 году в статье «О моих методах подготовки к состязаниям» утверждал: «Прежде всего перед состязанием надо подумать о здоровье, ибо только при хорошем состоянии здоровья можно рассчитывать на спортивный успех». И Ботвинник неукоснительно придерживался этого правила, разработав для себя глубоко продуманный режим дня и занятий спортом — гимнастикой, лыжами, греблей и т. д. Зная о приверженности отдельных шахматистов к курению, он просил своего тренера, гроссмейстера Вячеслава Рагозина, окуривать его во время тренировочных партий, а чтобы привыкнуть к шуму зрительного зала, включал еще и радиорепродуктор…
Кстати, в постоянных занятиях физкультурой — одна из причин спортивного долголетия ряда российских шахматистов. В частности, седьмого чемпиона мира Василия Смыслова, который до 80 лет продолжал с успехом играть в международных турнирах и матчах.
На хорошую физическую подготовку советских шахматистов нередко обращала вни-
В 1998 году по инициативе президента Республики Калмыкия и президента ФИДЕ Кирсана Илюмжинова в Элисте состоялась очередная Всемирная шахматная олимпиада
мание и зарубежная печать. Во время XIII Всемирной олимпиады (Мюнхен, 1958), например, американский журнал «Спорт иллюстрейтед» отмечал, что единственной командой, физическая и нервная подготовка которой оказалась на должной высоте, была тогда советская: «За века своего существования шахматы ругали и хвалили по самым разнообразным поводам, но еще никто серьезно не утверждал, что шахматы — эта древняя сидячая игра — делают человека сильным и здоровым. А сейчас это доказали русские!»
Важную роль всесторонней физической закалки в шахматной борьбе убедительно продемонстрировали двенадцатый и тринадцатый чемпионы мира Анатолий Карпов и Гарри Каспаров. Карпов настойчиво занимается теннисом, плавает, зимой бегает на лыжах. В системе физического закаливания Каспарова — бег, плавание, теннис, бадминтон, футбол. Оба они физически крепки и обладают сильной нервной системой, способной переносить тяжелые психофизические нагрузки. И конечно же, самой тяжелой для каждого из них стало противоборство между ними в борьбе за корону шахматного короля, во время которого за шесть лет (1984—1990) было сыграно в пяти матчах в общей сложности 144 партии!
Усиленно занимался спортом — теннисом, бегом — при подготовке к матчу с Каспаровым и победивший его гроссмейстер Владимир Крамник.
Интересно, что подробный анализ влияния возраста на успехи шахматистов можно найти еще в книге «Проблемы экономики труда» известного российского экономиста С. Г. Стру- милина. В разделе, посвященном умственному труду, под этим углом зрения рассмотрены результаты 43 матчей (1863—1911) и 34 международных турниров (1890—1914) с участием первоклассных мастеров. При этом шахматисты подразделяются на несколько групп по возрасту, подсчитано число игранных ими партий, затем выигранных, процент выигрыша.
В книге приводятся две таблицы — «Возраст и успешность игры шахматистов», в одной из которых исключены ничьи, а в другой они учитывались. В первом случае сравнению подверглись результаты 7 тыс. партий, во втором — около 1,5 тыс. Возраст наибольших успехов оказался для шахматистов равным 32—33 годам, особенно сильно падали спортивные результаты после 60 лет. Правда, на основании этих данных в книге сделан несколько прямолинейный вывод о падении умственных сил шахматистов после 32—33 лет и о «катастрофическом падении умственной энергии» у шахматистов старше 60 лет.
Едва ли, однако, можно ставить знак равенства между спортивными результатами и умственными силами шахматистов. Практика показывает, что можно в пожилом возрасте сохранить ясную голову, прекрасно понимая все тонкости, комбинируя и анализируя позицию, но если не сохранить физические силы, то спортивные успехи начнут падать. Это легко увидеть на примере Стейница, Ласкера, Блэкберна, Найдорфа, а в наше время — Смыслова, Корчного и других.
Отдельные партии превосходно проведены ими в возрасте 60 лет и старше. Но для того, чтобы провести длительное состязание, многим из них не хватало физических сил.
Проблема «шахматы и возраст», по-видимому, интересна и с другой точки зрения. Почему этой игрой могут с одинаковым удовольствием заниматься дети и юноши, люди среднего и пожилого возраста? Ведь духовные запросы у них различны, умственные силы и способности также неодинаковы. Что ищут и что находят люди разных возрастов в шахматах? Каковы их эмоциональные переживания?
Если в пожилом возрасте игра является преимущественно средством отдыха, у лиц среднего возраста — предметом культурного досуга, то у детей это целый мир переживаний и ощущений.
Школьник выиграл партию. В глазах его искрится радость, у него все спорится, он хочет лучше учиться в школе, показать, что он может добиться успехов и в другом деле… А сколько боли приносит поражение! На глаза навертываются слезы обиды. На следующий день он будет играть с еще большим упорством. На следующий год он станет сильнее. А затем — затем начинает играть в турнирах на первенство школы, района, получит квалификационный билет. Надолго он запомнит встречу с гроссмейстерами в сеансах, посещения чемпионатов страны и международных соревнований.
Автору этой книги на всю жизнь запомнилось участие в сеансе одновременной игры Эм. Ласкера против московских школьников в 1935 году. Помню, как оделся по-празднично- му, сильно волновался, что предстоит встретиться с прославленным шахматистом. В торжественной обстановке начался сеанс. Ласкер с сигарой во рту не спеша обходит доски. Школьники играют смело, уверенно. Моя партия долго протекала с примерно равными шансами и дошла до эндшпиля, пока я не остался один на один с экс-чемпионом мира. Рядом стояла его жена Марта, вокруг столпились корреспонденты, участники.
Ласкер сделал ход. Вскоре последовал ответ. И так продолжалось ходов 10—12. Неравная борьба закончилась в пользу сеансера. Но помнится, как Ласкер во время этой «пикировки» несколько раз качал головой, не ожидая
встретить такое упорное сопротивление от школьника. Во время игры он дважды повторил «зер гут», при этом он после окончания партии протянул мне руку. Сколько радости и счастья я тогда испытал: сам Ласкер пожал мне руку и похвалил мою игру!
Кстати, лучше всего начинать игру в детстве, потому что она оказывает благотворное воздействие именно в раннем школьном возрасте. Гроссмейстер Юрий Авербах вспоминает: «До систематических занятий шахматами я был довольно разболтанным, неусидчивым пареньком. Хотя я учился в общем неплохо, моя дисциплина оставляла желать лучшего. Что греха таить, любил поболтать на уроках! Родители работали, следить за мной было некому, строгого распорядка для меня не существовало.
Когда я поступил в шахматную секцию, мне, конечно, стало труднее, времени не хватало. Для того чтобы все успеть, волей-неволей пришлось организовывать свой режим. Я научился ценить и распределять свое время. Занятия шахматами сделали меня серьезнее, дисциплинированнее».
«Посредством шахмат я воспитал свой характер», — писал Александр Алехин.
Где же школьники впервые приобщаются к шахматам? Часто первыми учителями становятся родные или знакомые.
В семье четвертой в истории шахмат чемпионки мира среди женщин Ольги Рубцовой все ее пятеро детей приобщились к этой игре, а
дочь Елена даже стала чемпионкой страны. Добавим к этому, что муж О. Рубцовой тоже был шахматным мастером.
Другой яркий пример в России — семья Балашовых из города Кургана (в Зауралье). В ней успехов в шахматах добились оба брата — Александр и Юрий, а также их сестра Тамара. Юрий Балашов — известный гроссмейстер, живущий в Москве. Его жена Елена — мастер. Любят эту игру и их дети — две дочери и три сына.
Хорошо известно также, что и гении шахмат, будущие чемпионы мира, именно в семье, благодаря влиянию отца или матери, брата или сестры еще в юные годы увлеклись шахматной игрой. Это прежде всего — Ласкер, Капабланка, Алехин, Смыслов, Фишер, Карпов, Каспаров.
Удивительно, как даже на взрослых влияет шахматная игра. Она приносит им утешение в горе и несчастье, облегчает страдания, отвлекает от невзгод. Особенно сильное стимулирующее воздействие оказывает игра на людей пожилого возраста, для них эта игра — чудодейственный эликсир здоровья, источник, наполняющий жизнь содержанием.
В романе немецкого писателя «Жизнь взаймы» Эриха Марии Ремарка есть такой эпизод: помещенный в санаторий для больных туберкулезом 80-летний Рихтер был при смерти и все же не умирал. Эликсиром, продлевавшим ему жизнь, оказались… шахматы. Ибо врачи, зная о его страстном увлечении, нашли партнера, с которым он играл по телефону и
при этом буквально преображался. Обращаясь к дежурной сестре, он говорил: «Поверьте мне, шахматы дают нашим мыслям совсем другое направление. Они так далеки от всего человеческого… от сомнений и тоски… Это настолько абстрактная игра, что она успокаивает. Шахматы — мир в себе, не знающий ни суеты, ни смерти. Они помогают».
Так древняя мудрая игра приносит людям утешение в несчастье, дает эмоциональную разрядку, которую академик Петр Капица так объяснял в беседе с английским мастером Мильнер-Берри: «Шахматы приводят душу в состояние равновесия».
Откуда такие эмоции, откуда такая гамма чувств и переживаний у шахматиста?

ПСИХОЛОГИЯ ТВОРЧЕСТВА в шахматах
просмотров: 2097

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *